Существует большая вероятность, что устройство, на котором вы читаете эту статью, содержит кобальт, металл, необходимый для производства аккумуляторов телефонов и ноутбуков. И вполне вероятно, что этот кобальт был добыт рабами.

Почти две трети добываемого кобальта происходит из Демократической Республики Конго (ДРК). Центральноафриканская страна славится своими нарушениями прав человека, включая рабский труд. Почти невозможно узнать, был ли добыт кобальт современными рабами или нет. То же самое касается многих других продуктов и товаров по всему миру, от тунца до кофе.

Некоторые компании видят решение в блокчейне, технологии, лежащей в основе биткоина, которую можно использовать для проверки глобальных цепочек поставок.

Это последнее обещание для технологии, которая уже рекламируется как спасение от нерегулируемой тюремной экономики, изменения климата и контрафакта. Даже если мы не можем возлагать все надежды на технологии, решающие сложные социальные проблемы, возможно, на этот раз они окажутся частью этого решения.

Рабство и поставки

Выяснить то, как производятся ли товары, становится все труднее, поскольку цепочки поставок становятся более сложными.

В случае с кобальтом цепочка поставок может состоять из бесчисленных посредников, которые покупают и смешивают кобальт с ряда различных шахт. Это означает, что покупателю кобальта, такому как производитель батарей, почти невозможно проследить, откуда поступает металл.

Кобальтовая промышленность ДРК охватывает широкий спектр условий труда. Некоторым шахтерам платят хорошо, и они работают в безопасных условиях, но около одной пятой всего кобальта добывают примерно 110,000-150,000 рабочих на небольших кустарных шахтах. Те, кто работает в этом нерегулируемом секторе, часто зарабатывают копейки и трудятся в небезопасных условиях.

Работа в таких шахтах — это спуск в небольшие вырытые вручную ямы, где не позаботились даже об элементарных мерах предосторожности. Слабые конструкции и отсутствие вентиляции приводят к травмам и смертям. А поскольку продажи электромобилей подстегивают спрос на кобальт, эти условия ухудшаются.

Трудно точно определить, какая доля рабов в кобальтовой промышленности африканской страны. Но в результате проведенного в 2013 году в Вашингтоне исследования организация Free the Slaves обнаружила, что 866 из 931 человека, опрошенного в трех горнодобывающих компаниях, были рабами. В отчете определены семь видов рабства, от принудительного труда до долговых обязательств.

Почти каждый четвертый раб был моложе 18 лет. Согласно отчету ЮНИСЕФ за 2014 год, в шахтах на юге ДРК работало 40,000 детей, большинство из которых напрямую добывали кобальт.

Обещание блокчейна

Речь не просто о кобальте. То же самое относится ко всему — от меди до какао. Трудно понять, как производится продукция или откуда она поступает. Так как мы можем гарантировать, что поставки не связаны с рабством?

Именно здесь компании экспериментируют с технологией блокчейн. Чтобы понять их интерес, стоит вспомнить основы этой технологии.

Думайте о блокчейне как о публичной бухгалтерской книге в Интернете. Как только транзакция происходит, создается постоянная и неизменяемая запись этой транзакции, которая должна проверяться другими в блокчейне. Эти записи называются блоками и они связаны в хронологическом порядке.

Поэтому блокчейн-технология может быть использована для создания проверяемой, защищенной от несанкционированного доступа записи данных цепочек поставок от источника к конечному пользователю.

Недавнее исследование выявило аналогичную связь между ловлей тунца и принудительным трудом, но теперь Всемирный фонд дикой природы работает с технологическими партнерами и рыболовными компаниями, чтобы использовать технологию блокчейн для отслеживания тунца «от приманки до тарелки».

Потребитель сможет узнать, когда и где был пойман тунец, отсканировав код на упаковке. Ту же самую схему могут начать использовать для проверки поставок меди. Блокчейн также используется для отслеживания хлопка, кофе и органических продуктов.

Ford и IBM являются частью консорциума, который хочет использовать эту технологию для мониторинга поставок кобальта. Это будет означать способность отслеживать металл от месторождения до батареи.

Проблемы остаются

В то время как блокчейн является многообещающей технологией, нужно решить несколько проблем, чтобы он полноценно работал.

Важнейшим элементом любого блокчейн является протокол консенсуса. Этот протокол определяет, кто получает право на подтверждение транзакции, будь то все участники, большинство, несколько избранных или случайно выбранные. В блокчейне, посвященном этическому происхождению товара, очень важно, чтобы работники могли подтвердить свои условия труда. Но компании этого не позволят, особенно в случае с низкооплачиваемыми или угнетенными работниками.

Во-вторых, важно знать, какой этический стандарт поддерживает блокчейн. Существует несколько платформ блокчейн, поэтому разные, потенциально менее надежные стандарты легко могут быть разработаны и приняты.

В-третьих, мы всегда должны ставить под сомнение связь между блоком и материальной реальностью. Найти способ вставить данные о товаре, было бы очень выгодно для современных рабовладельцев. Поскольку целостность данных блокчейна зависит от людей, они уязвимы перед мошенничеством.

В-четвертых, блокчейн может создать «цифровую пропасть». Более крупные поставщики будут иметь меньше проблем с использованием этой технологии, в то время как более мелкие поставщики могут быть исключены из рынка. Следует остерегаться того, чтобы блокчейн не превратился в барьер для мелких поставщиков.

Отсутствие технического решения

В качестве инструмента обеспечения прозрачности блокчейн теоретически может дать представление о том, откуда берутся товары. Но никакая технология сама по себе не способна решить сложную социальную проблему. В конечном счете, как и в случае с любой другой технологией, если люди хотят подорвать систему, они найдут способы сделать это.

Просто записи транзакций недостаточно. Тем не менее, как часть всеобъемлющего решения блокчейн может оказаться полезным инструментом.